Норд-Фронт

Сей редкостный флакон, сей сосуд скудельный, милостивые государи и государыни, не кто иной, как автор этих строк. Как же образовалась такая гремучая смесь? Ну, начнём с еврея. Есть такой пишущий человек — Александр Байгушев... Не встречали? Как же так! Это собеседник Брежнева, сотрапезник Суслова, собутыльник Черненко, о коих он и книги пишет. Большой оригинал! Фамилия у него несколько странная для русского. В Оренбургской губернии байгушами звали когда-то забредавших туда нищих киргизов.

Но фамилия не помешала Байгушеву стать великом знатоком национальных проблем.

И вот он пишет: как же Бушин не еврей, если его мать, урождённая Мария Васильевна Мымрина, после революции — а это типично для евреев! — совершила блестящую карьеру: была просто ткачихой на морозовской мануфактуре в Глухове близ Ногинска (Богородска), а стала медицинской сестрой. Какой взлёт! Как Троцкий: был никем, а стал наркомом иностранных дел.

А возьмите, говорит, недавно вышедшую книгу его стихов. От неё просто шибает еврейским духом. Вот один вроде бы невинный стишок кончается так:

Если только можно, авва Отче,

Чашу это мимо пронеси.

Сам-то я поначалу не обратил внимания, но Дмитрий Быков, великий знаток Пастернака, объяснил: это прямая цитата из его стихотворения "Гамлет". Прямая, не усеченная, не замаскированная. Какая наглость, а?

А вот ещё длинное надуманное стихотворение "Москва — Эльсинор". Автор присобачил к нему несколько эпиграфов, и один из них — тот же Пастернак, другой — из Евгения Винокурова. А у Винокурова — это я точно знаю, мне Суслов говорил — мать еврейка. Да к тому же Бушин включил в это стихотворение целую строфу из Винокурова. Вот она:

Рассудком не понять

Страну мою, как строилась, страдала,

Кого ни разу не могли пронять

Слова "Интернационала".

Вам этого недостаточно? Ещё? Тогда приглядитесь, кому Бушин посвящает свои стихи. Вот "Алтарь Победы". Стихотворение посвящено памяти одноклассников автора, не вернувшихся с войны. И что мы видим? Здесь и Л.Гиндин, и какой-то К.Рейнветтер. Уж первый-то — точно еврей, а возможно, и второй. Что, разве он не мог без них обойтись? Ведь никто ничего и не узнал бы. Нет, ему надо обязательно вставить!

А помимо стихов, посвященных евреям, есть стихи, в которых просто речь о них, о евреях, и ведется. Вот стишок "Уезжает Рая Коган". В Израиль собралась. Кончается такими словами, кушайте, пожалуйста:

Плачут русские лифтерши

О еврейских пацанах.

Ещё? Пожалуйста: "Помолчи, Мазина!" Это итальянская артистка, кто помнит. Но дело не в итальянке. Стихотворение посвящено однокашнику автора — Борису Балтеру. К такому имени требуются комментарии?

А вот "На банкете". Его героиня — артистка Элина Быстрицкая. Вы думаете, она турчанка? Ха-ха-ха!.. И как о ней сказано!

Вы и тогда прекрасны были,

Как вы прекрасны и теперь.

Мало? Тогда почитайте "Памяти генерала Рохлина". Может, не знаете, что и он не абазинец? А это?

Всё изменилось, раскололось

И многое нельзя понять.

А у тебя всё тот же голос,

Как в тридцать или тридцать пять.

Это что за сирена, воспетая Бушиным? Читайте: "Регине Гальпериной". Есть вопросы?

В конце второго издания книги — "Стихи о Марфе". Целый цикл из дюжины стихотворений. Кто такая Марфа? Мне удалось установить, что это правнучка поэта Льва Озерова (Гольдберга), её мать — еврейка. Озеровы — соседи Бушина по даче, и эта Марфа выросла на его глазах. Что, мало русских девочек, о которых он мог бы писать? Нет, его тянет, влечёт... И какие там есть сионистско-антисоветские перлы!

Например:

Я в избе полы надраил,

Я пляшу до потолка —

Марфа съездила в Израиль

Без согласия ЦК!

Наконец, в книге есть вольные переводы из поэтов разных национальностей, и среди них — Иосиф Львович Балцан. Может, кто-то думает, что это перс?

Вот вам и Владимир Сергеевич, русский патриот. Ясен как стёклышко.

Так обстоит дело с моим еврейством, дорогой читатель. Деваться некуда. А главным специалистом по моему антисемитизму является известный критик Бенедикт Сарнов, 85 лет. Откуда он взялся? А это если Байгушева вывернуть наизнанку, то Сарнов и получится.

Он так прямым текстом и пишет в своих безразмерных и неисчислимых трудах: "Бушин — антисемит".

Я пытаюсь возражать: да какие доказательства? У него их два. Первое: "Однажды я видел по телевидению Бушина рядом с Анпиловым". Допустим, но, во-первых, откуда известно, что Виктор — антисемит? Он синагогу поджёг? В своей "Молнии" призывает к еврейским погромам? В каком номере была хотя бы одна такая статья? Молчит Беня.

Но если даже он тайный антисемит, во-вторых, лепечу я, то почему и стоящий рядом человек тоже антисемит? Это так легко передаётся? Даже внеполовым путём? Ведь вот ты сам в Литературном институте и сидел, и стоял, и фотографировался с талантливейшими писателями, да и потом нередко бывал с ними рядом. И что? Ни маковой росинки тебе от них не перепало. А китайцы даже так говорят: "Можно спать на одной подушке и видеть разные сны".

Ну, против множества китайцев тонкому интеллигенту, выросшему на крыльце Елисеевского магазина, конечно, не устоять. Но заткнуть рот, остановить Сарнова не могут даже эти полтора миллиарда.

И он бросает свой второй довод: "Григорий Бакланов в 1952 году вгорячах назвал Бушина фашистом".

Но, Боже мой, во-первых, мало ли что можно брякнуть вгорячах. К тому же, незадолго до смерти Григорий Яковлевич признался, что в момент аттестации Бушина он был просто пьян ("Русская жизнь", 2008, №5, с.73). Что ж взять с пьяного в состоянии белой горячки? Тем более, у покойного была странная нравственно-психологическая особенность, вовсе не связанная с алкоголем в крови. Он рассказывал, что людей, которые ему неприятны, он, будучи совершенно трезвым, имел обыкновение мысленно переодевать в соответствующие его чувствам одежды. Так, известного критика Ю.Б., работавшего в "Литгазете" заместителем главного, он одевал в мундир эсэсовца и ликовал: "Как похож! Вылитый обергруппенфюрер!" А уж с пьяных-то глаз он мог кому угодно и усики приклеить, и челку на лоб бросить.

Однако и в этом последнем интервью одному газетному шакалу Бакланов объявил меня "фальшивым типом". Конечно, таким и должен был считать меня человек, с которым вместе я не сбежал из партии, не стал клеветать на события Великой Отечественной войны, не получал миллионы долларов от Сороса, не объявлял генерала Доватора и маршала Катукова евреями... Ну, просто слов нет, до чего фальшивый тип!

И нетрудно представить, как бы расценил Сарнов многоумные доказательства Байгушева о моём еврействе. Да ведь примерно так:

— Он тупица, этот Байгушев. Сапог. Лапоть. Он не увидел в книге Бушина гнусных антисемитских выпадов. Вот мерзкий стишок "Закон Абрамовича". Это подлый удар по благороднейшему еврею современности! А "Судьба Чубайса"? Кто сравнится с Чубайсом по интеллектуальности его ума? А Бушин пишет, что он "объелся белены", что его ждёт электрический стул, если удерет в Америку. В стихотворении "Где народ наш православный?" он, видите ли, выражает свое плебейское недовольство тем, что на телевидении будто бы многовато евреев. И называет, тычет пальцем: Познер, Радзинский, Сванидзе, Млечин, Павловский, Соболь, Глускер, Якубович, Соловьёв, Дибров, дон Дурей, Вульф, Дыховичный, Архангельский, Флярковский...

Во-первых, далеко не все тут евреи. Например, у Познера одна нога чисто французская; Радзинский — русский дворянин, и даже, как утверждает египтолог Тальберг, из рюриковичей; предок Сванидзе во времена царицы Тамары (ХII век) умел говорить по-грузински; Млечин работал в еженедельнике "Новое время", на его страницах громил американский империализм, а туда принимали только русских и только из потомков крепостных крестьян; Павловский — правнук знаменитого академика Павлова, нобелевского лауреата, просто у него со временем отрос хвост — "ский"... Помните у Маяковского? —

С хвостом годов я становлюсь подобием

чудовищ ископаемо-хвостатых...

А Павловский чуть не в два раза старше Маяковского. Вот и стал ископаемо-хвостатым.

— Кто там ещё? Ах, дон Дурей! Конечно же, он испанец; Соловьёв... Может, Бушин и Соловья-разбойника евреем считает? А кто тогда Илья Муромец? Ведь Илья же, как Эренбург.

— Во-вторых, разве это много? Загляните в мои умственные книги. Да в них гораздо больше, у меня просто косяком идут евреи. Например, вот моя прелестная книжечка "Наш советский новояз". Кто у меня тут? Маршак и Пастернак, Гроссман и Шульман + Эрдман, Бакланов и Арканов, Рязанов и Хазанов, Войнович и Агранович + Галич, Эренбург и Ваксберг, Слиозберг и Замберг, Шкловский и Алешковский, Свирский и Бродский... Но, конечно, есть и русские, например, Н.Евреинов, есть даже французы — Андре Жид. Но не спорю, сильно преобладают такие, как Бабель и Мандель. И что? Никто не пишет об этом гнусных стихов.

Тем более, что ведь кого тут ни возьми — большой талант!

Например, кто же не знает Лилю Брик или Мунблита. Их вклад в русскую культуру невозможно переоценить.

— А мои читатели просто ликуют при виде таких косяков. Им нравится и то, как я называю многих русских писателей, например, Ф. — чучело, А. Т.— холуй, Н.Т. — г...о, Г. — г....ед. А могу и сразу дюжину русских писателей назвать г...юки и т.п. Читателям нравится и то, что я пишу об одном писателе: "он прошёл говнило Великой Отечественой войны"; и то, что всю русскую жизнь до пришествия дурократии я называю "сранью".

— А Бушин недоволен ещё и тем, что не только на телевидении, но и в самых верхах такие же косяки. Вот прошли почти подряд четыре премьера и четыре их заместителя, и все евреи. Чем плохо? Прекрасно! Они же один другого умней. Фрадков умней Гайдара, Кириенко умней Фрадкова, Чубайс умней Немцова, Немцов умней Явлинского и т.д. Кого ни возьми — лорд Биконсфилд!

— Тут упоминалось, что Бакланов на страницах "Еврейской газеты" хотел генерала Доватора и маршала Катукова лишить их национальности: первого — белорусской, второго — русской, и обоих объявить евреями. А что в этом плохого? Благородное дело. Мы же интернационалисты. Но Бушин этому помешал. Кто же он после этого в глазах цивилизованного сообщества?

— Знаете ли вы, может ещё сказать критик, что иные советские писатели хитроумно и коварно нахваливали в дневниках Советскую власть, дабы создать иллюзию своей лояльности и даже любви к ней. Зачем? А это для глаз будущего следователя. Вдруг их арестует ЧК-ГПУ. При обыске уж непременно обнаружит и дневник, а там — сплошные восторги о Советской власти и здравицы в честь товарища Сталина или раскаяния в своих антисоветских заблуждениях. Ну, и все подозрения тотчас рассыплются в прах. Может, ещё и орден или Сталинскую премию дадут хитрецу.

— Вот вам конкретный пример: известный до войны драматург А.Н.Афиногенов, автор многих пьес, в том числе "Машенька", по которой в 1942 году был поставлен фильм, тогда же получивший Сталинскую премию.

Он писал в дневнике, например, такое: "Нет, всё же наше поколение неблагодарно, оно не умеет ценить всех благ, данных ему Революцией. Как часто забываем мы всё, от чего избавлены, как часто морщимся и ёжимся от мелких неудобств, чьей-то несправедливости, считаем, что живём плохо. А если бы мы представили себе прошлую жизнь, её ужасы и безысходность, все наши капризы и недовольства рассеялись бы мгновенно, и мы краснели бы от стыда за свою эгоистическую забывчивость". Для кого это написано? Конечно, для КГБ! Интеллигентный человек не может думать, что в прошлом были ужасы, которых при Советской власти уже нет, как и о том, что в нынешней России столько ужасов, коих мы не ведали в Советское время.

— Афиногенов погиб в 1941 году во время налёта немецкой авиации на Москву. И случилось это в здании ЦК, на которое упала бомба. Ясно же, что писатель сознательно выбрал место своей гибели, заранее договорился с немцами, чтобы ещё раз заверить партию, правительство и лично товарища Сталина в своей преданности и любви. А известные строки из дневника Корнея Чуковского? О том, как они с Пастернаком наперебой восхищались Сталиным, увидев его в президиуме съезда комсомола, как они по дороге домой ликовали, что им удалось воочию увидеть такого человека. Да это тоже для КГБ! Вот и этот ушлый Бушин орудует так же, но идет дальше: чтобы скрыть свой антисемитизм не в дневнике разводит юдофильскую туфту, а издает целую книгу со стишками, видите ли, о еврейской девочке. Но нет, таких, как я, он не проведёт!

Владимир Бушин

Источник: zavtra.ru